Любовь слишком переоценена, прям максимально из всего ряда человеческих чувств. Эрос, которому кадят с утра до вечера наши поэты и композиторы, никак не напоминает ангелочка с луком и стрелами. Точней, с оружием все норм, стреляет метко и наповал, но с натурщиком ваявшие статую древние скульпторы-греки явно ошиблись – это же блевотная козлина по факту, в слюнях и похотливой слизи (да и в дерьме, чего правду скрывать), приставучая и везущая за горбатой мохнатой задницей воз и маленькую тележку человеческих проблем. И мы живем в козлячьем дерьме, прям в навозных кучах на манер червей, считаем умственную тьму за свет, и не представляем ничего превосходнее раздражения вкусовых рецепторов и половых органов. И это жизнь???
Унесенные в целом
Скарлетт О’Хара в романе и фильме «Унесенные ветром» влюбляется в Эшли Уилкса, сына соседского плантатора. Эшли, интеллигент до мозга костей, которому хоть и нравится красавица Скарлетт, понимает, что они люди разных духовных уровней и их совместная жизнь будет пустой и мучительной. Поэтому он, уняв природу, принимает решение родителей и женится на Мелани Гамильтон, женщине своего внутреннего круга – да, не шибко красивой, но имеющей восхитительные качества души, которые демонстрирует в дальнейших испытаниях.
Скарлетт всю жизнь вьется возле Эшли и ждет, когда тот поменяет свою жену на нее. Но когда этот момент наступает, то осознает, что Эшли, тряпка без внутреннего стержня, которым была его умершая Мелани, ей совершенно неинтересен. Рэтт Батлер, авантюрист, сравнить которого мне приходит в голову разве что с умным и лихим преступником Фоксом из «Место встречи изменить нельзя», давно уже подбивавший клинья к Скарлетт – вот, во-о-от кто ей нужен! Под конец истории у главной героини наконец-то открываются глаза, и она, отказавшись от бесполезной гонки за ненужным мужчиной, бросается вдогонку за своей настоящей половиной, вполне ей подходящей.
Скарлет и Рэтт, Эшли и Мелани – люди двух жизненных полюсов, что есть в каждом народе. Первые настоящие дети этой земли, привыкшие брать или забирать «свое», прагматики, обделенные и толикой совести (над этим понятием они «подумают потом»), рождены для удовольствий или войны. Вторые, люди чести и куда более высокого типа ума – они не от мира сего, одухотворенные и непрактичные, однако же не хуже первых несут прямо голову по жизни.
Родись они в Индии, то принадлежали бы разным варновым сословиям, с запретом межкастовых браков. О них бы сняли другой фильм в Болливуде: девушка-шудра желает жениться на юноше из высокой касты, но восстают родители, вся деревня и пол-города, каста брахманов накладывает отлучение, они поют друг другу жалостные и страстные песни, со звуком барабанных ударов бьют подосланным убийцам морды, бегут от армий шпионов и сочетаются узами брака в христианской церкви или в общине мусульман… занавес.
Только в Болливуде не знают истории своей же страны, не понимают философию давно минувших тысячелетий, когда в их Индии, что некогда протиралась от Аравии до Филиппин, касты были не по рождению, а по духовным качествам и типам мышления. Тогда знали, что соединение в браках молодежи разных эволюционных уровней дает усредненное потомство с огрубленными возможностями и двойным набором дурных предрасположенностей. Мудрецы минувших эпох не сминали людей, как сейчас у нас, подобно разноцветному пластилину в один безобразный ком с прожилками, но позволяли развиваться в родственных им гомогенных стихиях, как в параллельных мирах. Рэтты и скарлетты женились друг на друге, а не на мелани и эшли, знали миссию своей варны и следовали ей – и в этой давно исчезнувшей стране царила справедливость, когда каждый получал то, что ему надлежало и предназначалось, не зарясь на чужое.
Когда, влекомые либидо, сходятся люди разных типов, их дети вселяются в тела, тесные или избыточные для психеи и ума. В первом случае внутренний лев оказывается запертым в телесной клетке и всю жизнь жалобно воет. Это как понимать музыку и различать тончайшую гармонию, но не уметь ее изобразить ни голосом, ни инструментом, поскольку тонкой душе досталось тело орясины. Во втором случае еще печальней, когда человек без внутренних духовных тормозов и со множеством дурных предрасположенностей (допустим, от папы) получает хорошо работающие мозги (от мамы), что развивают его в изящного подлеца-проходимца и умного преступника.
Но есть и более негативное последствие, на протяжении нескольких поколений не различаемое. Тела людей из разных, образно, каст, постепенно сводятся к одному знаменателю, и тогда человечество в целом получает более кривой инструментарий, чем могло бы иметь, соблюдайся варновые правила. А кривой инструмент дает такую же музыку, или психическую, умственную и духовную среду, в которой развиваются еще более кривые души. И все это идет по замкнутому порочному кругу из тысячелетия в тысячелетие, и мы получаем в каждой эпохе все более деградирующий тип человечества.
Мутанты-неудачники
Но давайте накидаем следствия разумной селекции, когда розы не скрещиваются с кактусами, постепенно теряя шипы, но прибавляя в утонченном аромате и прелести бутонов. Варны, разводящие людей по гомогенным средам, будут способствовать их эволюции на всех планах, от телесного до духовного. Через несколько тысячелетий теоретического бытия мудрецам, стоящим над варнами, уже не пришлось бы прибегать к запретам на перекрестные браки, поскольку психические токи, развившись по нарастающей в соответствующих им телах, естественно развели бы жуков и бабочек.
Вспомните еще один забавно трагический образ Роуз, девочки-мутанта из серии фильмов «Люди Х». Когда мальчики, притягиваемые ее красотой, касались рук или лица объекта страсти, то получали некое повреждение толи ума, толи тела, вплоть до паралича. Психика Роуз была сильнее телесной оболочки, в чем быстро убеждались ухажеры. В фильме, не желая искать подходящего спутника жизни, Роуз становится в очередь за препаратом, который лишил ее психического превосходства и позволил соединяться с кем не попадя.
Теперь возьмите теоретическое человечество тысяч так через сто лет, и вы поймете, о чем я: психические токи позволяли бы телесные контакты между людьми своих варн и препятствовали бы тому же людям разных эволюционных уровней. Наверно, в каких-то уникальных случаях это принесет страданиях через чур пылким любовникам, но подавляющее большинство только выиграет, развиваясь внутри правильной общественной модели.
Рэтт со Скарлетт и Эшли с Мелани будут жить рядом, соприкасаясь в делах каждого дня, но в гармоничных семьях своего круга. Их варны будут иметь разные миссии и, соответственно, возможности, и первые, очевидно, будут под вторыми, но гармония и здесь не допустит неправильного звучания. Пианист или баянист, коли понимают музыку и владеют техникой, левой рукой извлекают басы, а правой ведут основную партию на средних и высоких октавах, добиваясь через верное сочетание звуков и ритм, дабы красивая мелодия звучала на струнах каждой человеческой души.
Не только люди высших варн избавились бы от «любви», того самого блохастого либидозного козла, ныне достающего их из каждого утюга, но и большинство человечества закончило гонку с преследованием за неконтролируемыми чувственными удовольствиями и построило бы по лекалам своих мудрецов цивилизацию, на несколько порядков превосходящую «цивилизованный мир». Отказ от похоти, низводящей в животность, дал бы нам всем телесное здоровье и живость открытого ума, раскрытие психических сил и ровное течение жизненной реки без бесчисленных водоворотов, топящих сегодня миллионы за миллионами.
Вы даже представить себе не можете, какими дивными красками расцвел бы мир, выйди мы из-под тени (если б только тени!) блохастого ублюдка! По меньшей мере, наши женщины рожали бы без боли, а в медиане мы забыли бы о 999 из тысячи болезней. Век наш на земле вырос бы минимум вдвое и в полной силе, от которой сейчас козлина хлебает с утра до воспетой ночи, властелином которой по праву является. А по максимуму мы видели бы и третьим глазом, и пятым ухом с седьмым осязанием… вы удивитесь, но осязание было первым чувством, доступным давно народившемуся человечеству, но заключалось не в кожной чувствительности, а в способности мгновенно проникать в суть вещей и людей, о чем нашим бедным студентам, до́лжным зубрить без грана понимания, даже и мечтать не случается.
Главное, конечно, не в чувствах, зрении или слухе, а в том, что ими мы могли бы обнаружить – миры и Миры за мирами! И ангелов, разумеется, несомненно приятной наружности и потрясающей сущности, в которых признали бы своих настоящих родителей – родителей душ наших и разумов, подателей всяческой умственной пищи сообразно духовного возраста, без которых мы сущие сироты, несчастные дети несчастной земли.
Иметь отверстые уши и глаза, зреть пропасти и выси, знать прошлое и будущее, планировать на десять жизней вперед, жить под водой и на вершинах, питаться чистым эфиром, избавившись от кишок и зарастив дыры для сброса отходов и похоти, что тоже зовем любовью, как только языки не отсыхают – каковы перспективы?
Или либидозный козлина под личиной смазливого Эрота все-таки привлекательнее? Думаю, что да, и безусловно талантливые творческие подлецы доказывают это каждым фильмом и книгой, где общество справедливости представляется ими как мир лицемерия, философы как чудовища, убийцы как борцы за справедливость, развратители как просветители, и многия, и тяжкия.
И потому вы скорей согласитесь с ними, чем со мной. Час разума еще не пробил, хотя минуты безумия скоро закончатся.
Дети минут никогда не поймут круговорота часов
И придут на порог и сломают дверь и расколят чашки весов
Они не верят в победы добра над злом, как в победы зла над добром
Они знают, что у них есть только серый день и они хотят жить этим днём
Дети минут.
(Вячеслав Бутусов, группа Ю-Питер, стихи В. Цой)
